80 лет назад в СССР началась “безбожная пятилетка”

Во вторник исполнилось 80 лет с момента издания декрета советского правительства о "безбожной пятилетке"

Впервые речь о необходимости проведения «антирелигиозной пятилетки» зашла в 1929 году, когда в ЦК ВКП(б) было подготовлено подписанное Л. М. Кагановичем специальное письмо «О мерах по усилению антирелигиозной работы», сообщает "Православие".

На ХIV Всероссийском съезде Советов (10-18 мая 1929) в ряде выступлений содержались призывы «принять меры к массовому выходу трудящихся из религиозных общин» и объявить «безбожную пятилетку», как этого потребовал в статье «Чего мы ждем от II Съезда» ленинградский активист Союза безбожников И. Я. Элиашевич (Антирелигиозник. 1929. № 6. С. 59). Председатель Союза Е. М. Ярославский на антирелиг. совещании в ЦК ВКП(б) 8 авг. 1929 г. важнейшей совр. задачей назвал создание многомиллионной антирелиг. орг-ции. В преддверии открытия 2-го съезда Союза безбожников один из его руководителей Ф. Олещук 2 июня 1929 г. в газ. «Правда» заявил, что «для превращения Союза безбожников в массовую многомиллионную организацию... необходимо применить систему плановой вербовки членов». В постановление съезда был включен призыв к ячейкам Союза «органически увязывать свою работу с практическим осуществлением пятилетнего плана, т. к. Союз является не только пропагандистской организацией, но передовым отрядом на фронте социального строительства». Съезд переименовал Союз безбожников в Союз воинствующих безбожников, сообщает Православная энциклопедия.

План «пятилетки Союза воинствующих безбожников» был утвержден на заседании исполнительного бюро СВБ 29 января 1930 года. В докладе Ярославского «О пятилетнем плане работы безбожников» говорилось: «Процесс сплошной коллективизации связан с ликвидацией... значительной части церквей».

В соответствии с лозунгами XVII Всесоюзной конференции ВКП(б) (30 янв.- 4 февр. 1932), определившей основной задачей 2-го пятилетнего плана развития народного хозяйства (1933-1937) построение бесклассового общества «и ликвидацию капиталистических пережитков (к которым относились и религиозные. убеждения.- Ред.) в сознании людей», исполбюро СВБ в концемарта 1932 г. утвердило «ряд решений для фронтального наступления на Церковь».

В 1935 г. Ярославский, Лукачевский и другие руководители СВБ на Всесоюзном совещании вынуждены были признать, что «в стране существуют 10000 религиозных организаций, у многих миллионов людей не потеряна вера в бога, ячейки безбожников теряют своих членов». Провал атеистической работы они объясняли происками внутренних и внешних врагов, которых нашли в том числе и среди руководителей ЦС СВБ, а также вредительской деятельностью религ. организаций.

Перепись населения 1937 г., во время которой 1/3 горожан и 2/3 сельчан объявили себя верующими, убедительно свидетельствовала о провале атеистической кампании. Материалы этой переписи были запрещены для использования, многие из тех, кто ее осуществлял, подверглись репрессиям.

Когда в 1990 г. итоги переписи 1937 года были опубликованы, стало ясно, почему их так долго не обнародовали. Оказалось, что среди неграмотных правосл. верующие от 16 лет и старше составляли 67,9%, среди грамотных - 79,2%.

На 4-м расширенном пленуме ЦС СВБ (нач. 1938) Ярославский заявил, что необходимо усилить работу безбожников и добиться того, чтобы следующее десятилетие стало «временем полного освобождения масс от реакционного влияния религии». В 1939 году в журнале «Большевик» была опубликована статья Олещука, в которой вновь прозвучали призывы к активизации антирелигиозной работы: «Всякий, даже самый советский поп - мракобес, реакционер, враг социализма», поэтому «задача 3-й пятилетки состоит в том, чтобы вытравить из сознания людей все эти пережитки... сделать всех трудящихся атеистами».

Власти перешли к решительным действиям: в 1937 возобновилось массовое закрытие церквей. В 1937 г. - 8 тыс., в 1938 г. - более 6 тыс.

По современным уточненным данным, из дореволюционных российских церквей в начале войны действовало примерно 350-400, т.е. в 1939-1941 гг. ежегодно закрывалось 300-400 храмов, сообщает Фома.ru

Если в 1934 г. было арестовано шесть епископов, то в 1935 г. - 14, в 1936 г. - 20. В результате 10 мая 1935 г. митрополит Сергий (Страгородский) был вынужден распустить временный Синод и управлять всеми епархиями при помощи своего викарного епископа Сергия (Воскресенского) и канцелярии, состоявшей из секретаря и машинистки.

В 1937 г. было арестовано 136,9 тыс. православных священно- и церковнослужителей, расстреляно 85,3 тыс., в 1938 г. - арестовано 28,3 тыс. человек, расстреляно 21,5 тыс., в 1939 г. - 1,5 тыс. и 900 соответственно, в 1940 г. - 5,1 тыс. и 1,1 тыс., в 1941 г. - 4 тыс. и 1,9 тыс.

В результате к началу войны на территории СССР оставалось 5665 официально зарегистрированных священнослужителей, причем больше половины из них проживали на присоединенных в 1939-1940 гг. землях, и четыре правящих архиерея, находившихся на свободе.