Почему Союз ЕХБ РФ покинул Совет глав протестантских церквей

Недавно, Российский Союз Евангельских Христиан-Баптистов (РС ЕХБ) принял решение о прекращении членства в Консультативном Совете Глав Протестантских Церквей России (КСГПЦР).

В статье говорится о том, что послужило причиной такого решения правления Союза.

В России не так много реально действующих формальных и неформальных объединений верующих. Совет религиозных объединений при президенте РФ в Администрации главы государства или Межрелигиозный совет России, действующий при Отделе внешних церковных связей (ОВЦС) и созданный еще митрополитом Кириллом в 1990-е годы, являются скорее статусными структурами, которые по существу ничего не решают (хотя в сентябре Межрелигиозный совет России уже обсуждал в узком кругу те вопросы с участием чиновников, которые обычно выносятся на президентский совет).

Совет глав протестантских церквей с 2002 года являлся более сплоченной корпоративной организацией близких по духу единоверцев, которые реально отстаивают общие интересы. Так что же произошло? Неужели исчезли общие интересы в то время, когда солидарность христиан как никогда необходима?

Прежде всего, надо отметить, что без баптистов называть Совет глав протестантских церквей общепротестантской организацией будет сложно. И потому что Российский Союз евангельских христиан-баптистов (РСЕХБ) является мощной общероссийской организацией, и в связи с тем, что в глазах общества и чиновников баптисты по советской традиции еще остаются главными протестантами России. Немаловажно, что православные также признают баптизм, наряду с лютеранством, «традиционным» протестантизмом, с которым можно поддерживать контакты. До 2009 года в рамках ОВЦС совместные встречи и семинары проводились, в основном, с представителями РСЕХБ.

С приходом патриарха Кирилла и митрополита Илариона как главы ОВЦС стало заметно больше встреч с пятидесятниками, в частности, впервые прошла встреча митрополита Илариона с несколькими десятками пасторов Российского объединенного союза христиан веры евангельской (РОСХВЕ) во главе с Сергеем Ряховским. Вектор церковной дипломатии Московской патриархии стал включать в себя пятидесятников как реальную силу российского общества.

Голос баптистов всегда был и будет важен для евангельского сообщества, но позиция РСЕХБ в последние 10 лет поставила союз в двоякое положение. С 2002 по 2010 годы баптистов возглавлял Юрий Сипко – он сделал союз независимой структурой, укрепил поместные церкви в регионах, при нем сменились многие еще советские старшие пресвитеры. Наконец, Сипко лично как пастор и миссионер стал проповедовать гражданскую честность, социальную справедливость, демократические ценности, из-за чего, естественно, стал обличителем власти. Исторический период путинской суверенной демократии сделал Юрия Сипко, который выступает вроде бы за очевидные вещи, практически диссидентом-правозащитником. Сипко был исключен из президентского Совета по взаимодействию с религиозными объединениями, а его преемник Алексей Смирнов (с 2010 года) также не был включен в Совет. РСЕХБ был просто отодвинут от власти подальше и потерял реальное влияние на чиновников, но благодаря выступлениям Юрия Сипко (который хочет он того или нет ассоциируется с Союзом баптистов) союз сохранил своеобразное политическое влияние. Но это влияние явно не нужно Совету глав протестантских церквей.

Нынешний председатель Союза баптистов Алексей Смирнов в своем послании о выходе из Совета глав протестантских церквей приводит несколько аргументов в пользу своего решения, но почти все они обходят реальные причины. К примеру, Смирнов пишет о том, что законодательные новшества, ведущие религиозные организации к правовой дезорганизации и неспособности защищать свои права, вынуждали искать пути координации и поиска общих решений.

Но сегодня многие задачи решены. И действительно, ранее Совет выступил в 2003 года со своей Социальной позицией, вслед за РПЦ, осуждал законопроект о традиционных религиях Александра Чуева, введение новых жестких форм отчетности, издавал обращения в связи с важными событиями (против разного рода террористических атак, против сжигания Корана пастором Терри Джонсом, в связи с притеснениями учащихся адвентистов в Белгороде, которым не разрешали пропускать экзамены в субботу. Было даже заявление о том, что Совет глав протестнтских церквей считает весьма опасным попытки автора романа «Код Да Винчи» и режиссера одноименного фильма переписывать библейские тексты и историю христианства). Вместе с тем, после того, как в июле 2015 года Госдума РФ приняла поправки в Закон о свободе совести о необходимости уведомления для религиозных групп, угроза дискриминации в отношении евангельских общин только усилилась. Другое дело, что никто громко не выступил против расплывчатого законопроекта.

Глав РСЕХБ Алексей Смирнов также указывает на опасность потери собственной религиозной идентичности, что, конечно, сложно себе представить в рамках деятельности Совета. Как совещательный орган Совет собирался не так часто, но регулярно в разных церквях Москвы или на выездах за границей. Как правило, на заседаниях присутствовали руководители союзов и сотрудник Администрации президента РФ. Совместные акции, в которых участвовали церкви – это Национальная утренняя молитва (ежегодный Молитвенный завтрак) и Христианский межконфессиональный консультативный комитет (ХМКК), созданный при участии РПЦ. Богословские вопросы и духовная практика на этих мероприятиях не обсуждаются.

А вот важное свидетельство внутренних размежеваний среди протестнтских союзов в обращении Алексея Смирнова имеет под собой основания: «Разные интересы или ожидания религиозных организаций, входящих в Совет, нередко способствовали формированию фракционно-блоковой (политической) борьбы внутри Совета, что неизбежно порождало отсутствие доверия и открытости, неспособности к братскому общению и долгосрочному партнерству. Российский Союз ЕХБ ведет свою работу на принципах взаимоуважения, доверия и открытости и не приемлет методов политической борьбы в рамках сотрудничества религиозных организаций. Многочисленные публичные заявления от лица всех протестантов без делегирования соответствующих полномочий нередко дискредитируют важность межличностных и межконфессиональных отношений, вызывают боль и непонимание у членов и наблюдателей Совета. Российский Союз ЕХБ видит в таких действиях нежелание членов КСГПЦР выполнять уставные документы (Положение о КСГПЦР), что может привести к самоуправству и произволу, отходу от заявленных целей. С глубоким сожалением приходится констатировать, что КСГПЦР утрачивает роль консультативной и объединяющей силы…»

Человек, не посвященный, вряд ли что-то поймет из этого абзаца, который свидетельствует и о личных обидах и недовольстве, и о подковерной борьбе. Однако большинство евангельских пасторов и так знают, о каком межличностном противостоянии идет речь. Безусловно, самой политически сильной фигурой в Совете является епископ РОСХВЕ и член Общественной палаты РФ Сергей Ряховский, который по сути представляет всех протестантов перед лицом власти. За года, прошедшие с того времени как С.В. Ряховский стал членом президентского Совета (с 2002 года), РОСХВЕ и лично его лидер были локомотивом Совета глав протестантских церквей, принятия Социальнйо позиции, многих заявлений, контактов с чиновниками. Такая ситуация сложилась по объективным причинам (личные качества главы РОСХВЕ и своеобразие бюрократической систсемы властив России) и ее вряд ли можно изменить.

Молитвенный завтрак также проводится при большом участии РОСХВЕ – его руководство единственное, кто может пригласить высших чиновников (с другим пятидесятническим союзом Российской Церковью христиан веры евангельской и его главой Эдуардом Грабовенко РОСХВЕ всегда легко договориться (Грабовенко был когда-то епископом и РЦ ХВЕ и РОСХВЕ), глава Союза евангельских христиан Александр Семченко долгое время был под следствием и был исключен из президентского Совета, другим протестантским лидерам (в первую очередь, адвентистов и Евангелическо-Лютеранской церкви пока сложно претендовать на значимую политическую позицию). Немаловажно также, что ХМКК стал динственным работающим межхристианским форумом с сопредседателями от РПЦ (митрополит Иларион), Католической церкви (Паоло Пецци) и Союза баптистов (Виталий Власенко).

Очевидно, что Совет глав протестантских церквей как корпорация влиятельных неправославных христианских церквей не исчерпал своих возможностей, а уход из него Союза баптистов – временное явление. Совершенно очевидно, что при любых межличностных отношениях Совет важен для отстаивания интересов всех протестантов перед лицом власти в условиях, когда подозрительность к евангельским церквям как «проводникам западного влияния», «агентов оранжевой революции» в российском обществе снова растет. Но также ясно, что будущий баланс интересов церквей зависит и от того, захотят ли светские власти в будущем встречаться с Советом в его полном составе, поднимая его политическое влияние.

Роман Лункин, Религия и право